Вечная прачечная: кто, как и почему становится в России министром культуры

Игорь Зотов

Февраль 28, 2018



Слухи о неизбежной послевыборной отставке министра культуры Владимира Мединского заставили меня вспомнить вот что.

Вроде бы наша страна до сих пор считается «страной высокой культуры», однако, сколько лет существует «свободная Россия», столько лет я задаюсь вопросом: откуда берутся в ней министры культуры?

В СССР все было понятно: там главным критерием были идеологическая выучка и партийный стаж. То есть совершенно логичный, «партийный» принцип, пусть и существовала тогда только одна партия – КПСС.

Нечто подобное происходит и во всех цивилизованных странах, где в любых отраслях, и в том числе в культуре, министерские посты занимают представители победившей на выборах партии, или же созданной победителями коалиции.

В России же все иначе.

Просмотрев список министров культуры с 1992 года, я обнаружил в нем единственного «партийного» персонажа – нынешнего министра Мединского. Попадание на этот пост всех остальных, остается загадкой.

Как впрочем и попадание самого Мединского. И вот почему.

Кроме партийной принадлежности должны быть у человека и еще кое-какие профессиональные качества, позволяющие ему претендовать на этот пост. Все-таки министр в такой огромной, многонациональной, многоконфессиональной стране – это не баран чихнул.

В случае с Мединским – именно таки чихнул.

Особенно после истории с триумфальной защитой им «докторской» диссертации. Но даже и до этой истории.

Чем же он зарекомендовал себя на культурном поприще, кроме кое-каких знаний по истории России? Да ничем. Он не обладал никаким культурным авторитетом и никак не проявил себя в качестве «эффективного менеджера». Последнее здесь, пожалуй, даже важнее авторитета: шутка ли руководить такой ордой музеев, театров, библиотек и прочих культурных институций, распределять им жиденькие бюджетные деньги, чтобы никого не обидеть, раздавать гранты, проводить конкурсы и так далее...

В биографии Мединского нет ни одного пункта, позволяющего судить о нем, как о таком менеджере.

Да и в биографиях всех прочих министров – ровно то же самое.

Кто-то из них, правда, занимал высокие посты: один руководил Ленинской библиотекой, другой Консерваторией, третий Литинститутом. Но ведь работа на этих постах не имеет почти ничего общего с работой министра, да и кто-нибудь слышал что-нибудь о каких-то невероятных успехах, даже прорывах в этих институциях? Ничего и никто – потому что это была обычная рутинная работа по колее накатанной десятками предшественников и ни имеющая никакого ни политического, ни общественного звучания.

Допустим, кинопродюсеры, которые отвечают за успех или неуспех «главного из искусств» – они всегда на слуху, от них очень многое зависит в кинопроизводстве. Или такая модная теперь профессия – интендант в музыкальных театрах. Эти люди, от которых напрямую зависит успех и касса театров, спектаклей и фестивалей, буквально перевернули вверх дном всю порядком замшелую институцию.

На Западе их имена известны всем, но в России – практически никому. Разве что кто-нибудь назовет блистательного казанца Александра Сладковского, да и то вряд ли.

Хорошо, допустим такого рода менеджеры, продюсеры или интенданты, как люди по большей части беспартийные, смогут претендовать на должности заместителей, тогда как сам министр должен быть крупной авторитетной культурной и политической фигурой, задающей тон всей деятельности своего министерства. Каким во Франции генерала де Голля был знаменитый писатель и философ Андре Мальро, например. Непререкаемый авторитет и в политической, и в культурной, и даже в философской среде.

Было ли что-то подобное в России?

Никогда.

Ну не назовешь же такими персонажами бывшего театрального критика Михаила Швыдкого, или бывшего же литературного критика Евгения Сидорова...

В России все иначе, все не как в приличном обществе.

Министрами культуры (за другие сферы говорить не стану) тут назначают исключительно – если вспомнить старое советское выражение – «по блату». Есть какой-то человек, которого не худо бы пристроить за какие-то его тайные заслуги перед начальством – и на тебе – он уже занимает теплое местечко.

Мне рассказывал один более чем осведомленный человек о том, как вступая в должность, некий очередной новый министр культуры первым делом спросил у старого, который сдавал ему дела: а кто у вас «держит кассу»?

А что, судя по коррупционным скандалам, время от времени сотрясающим эту вроде бы тихую и малобюджетную организацию, в ее «кассе» кое-что имеется.

Есть чем поживиться.

Все, что я написал выше, было только преамбулой к информации, которую сообщило «Новое время». Оказывается, дни Мединского на посту министра сочтены, а сразу после избрания Путина на новый срок, на место министра прочат некого Сергея Новикова, который работает в команде кремлевского куратора внутренней политики Сергея же Кириенко. То есть ставленника одной кремлевской башни (Мединский, уверяет издание, был поставлен самим Сурковым) сменит ставленник другой, потому что кормушек на всех не хватает, а кормить, чтобы не разбежались, нужно. А чтобы кто не сомневался в культурном аспекте, то этот Новиков окончил аж целое музыкальное училище! И даже, – работая в Росатоме фактически пресс-секретарем того же Кириенко, – поставил в Красноярском государственном театре оперы и балета «Пиковую даму», а затем и «Русалку» в Концертном зале им. Чайковского!!!

При всем моем интересе к событиям культурной (и музыкальной, в том числе) жизни, я об этих постановках не слышал ровным счетом ни-че-го. Их как бы вообще не существует в культурном пространстве, так что и комментировать тут что-либо смысла нет.

Скажу лишь: это только кажется, что хуже министра, чем Мединский сыскать невозможно.

В России возможно все. Пока существуют «кассы».

Недаром же в известном анекдоте министерство культуры так упорно путают с прачечной.