Кто виноват в том, что Россия идет во вчерашний день?

Сергей Митрофанов

Декабрь 27, 2018



Однажды у меня вышел спор на тему причин сегодняшнего разворота России практически к советской архаике, про которую мы в конце 90-ых говорили, что точка невозврата пройдена и назад дороги нет.

Оказалось, что есть.

При этом мой оппонент весьма пренебрежительно отозвался о россиянах, которых-де никто не заставлял снова выбирать авторитаризм. Тем более, не заставлял влезать в мировой конфликт, и разрушивший их экономику, а затем и угробивший радужные перспективы широко анонсированного «возвращения на столбовую дорогу Истории».

Россияне, по словам моего собеседника, сами позволили Путину бессменно царить двадцать лет (при положенных Конституцией максимум восьми), и сами посредством своих ответов на соцопросы подтвердили мандат коррумпированной власти, их и обкрадывающей, и одновременно весьма дурно ими управляющей.

– Разве не правда, – убеждал он, – что отнюдь не под угрозой расстрела (скорее, по привычке следовать курсу начальства) училки в школах, где обычно располагаются избирательные участки, подмахивали протоколы итогов голосований (все голоса, естественно, отходили правящей партии или Нацлидеру), а судьи в местных судах без зазрения совести оперировали фальсифицированными показаниями полицейских, чтобы засадить того или иного протестанта или неугодного системе правозащитника?

Смотри, например, недавний случай ареста «ни за что» семидесятисемилетнего Льва Пономарева, или как оштрафовали политика Дмитрия Гудкова за короткое сообщение в Telegram. Разве не показательно, что обвинение сегодняшнего российского суда Гудкову практически дословно совпало с одной из стародавних речений будущего фюрера, который, цитирую, «…выступая в одной из аудиторий, сказал: "Национал-социалистское движение будет и впредь безжалостно пресекать – в случае необходимости силой – попытки провести митинги или выступления, которые могут неблагоприятно повлиять на сознание наших соотечественников"» (У.Ширер, "Взлет и падение Третьего Рейха").

Из чего, – подытожил мой собеседник, – следует непреложный вывод, что административно-командная репрессивная система имманентна «русскому пути», а парламентскую демократию и рынок ввести в России можно лишь, если сильно дать нашим соотечественникам по башке.

Речь получалась убедительной, и я не сразу вспомнил, что и в так называемых здоровых и ныне передовых странах тоже были периоды позора, когда власть захватывали люди, на первый взгляд, что и почище Владимира Путина. Те же немцы, которые одной крови и с философом Кантом, и с королем вальсов Штраусом, до сих пор не могут оправиться от ефрейтора Гитлера, но еще больше от своего слепого восторга им, от самогипноза на его счет. О чем, в частности, снова напомнил нам только что вышедший немецкий фильм «Der Hauptmann» (2018), который в свою очередь у иного вдумчивого российского зрителя наверняка разбудит воспоминания о культе личности Сталина и о нашем 1937 годе.

Важно то, что эти две травмы очень похожи, несмотря на то, что там Европа, а здесь Евразия, – и до сих пор переживаются обоими культурными классами почти идентично.

Похожи также и опасения интеллигенции России и интеллигенции Запада, не в последнюю очередь связанные с мировым мигрантским кризисом и ростом популярности правых популистов, – что все это может повториться. Притом, что Гитлеру – слава богу - в Германии памятники не ставят, а Сталину в России ставят чуть ли ни каждом шагу. Но если говорить о влиянии глубинных исторических корней, архетипах, традициях, то ведь и сверхкомпьютеризованные продвинутые японцы тоже не так давно по историческим меркам были изолированной от всех страной императоров и самураев, а те могли проверить остроту меча на случайно встретившемся крестьянине.

Чего ж на этом фоне стоят тогда наши вечные стенания по поводу крепостного права, якобы наведшего на Россию неизлечимую порчу и оскотинив ее элиту? Ведь до сих пор реально хуже с политической элитой во многих странах Африки, что не мешает, однако, той бурлить и меняться. Напротив, буквально на наших глазах президент Венесуэлы, что рядом с США, проводит со своей страной эксперименты, которым позавидовали бы Троцкий со товарищи.

Иными словами, исходить из заведомой порочности какой-либо человеческой общности, россиян и России, ее тяжелой исторической судьбе и предопределенности в ней диктатуры, вряд ли политкорректно и вряд ли это не будет в определенной степени проявлением расизма. Ведь все нации болеют, но все и имеют шансы на выздоровление. Особенно, если вовремя поставить диагноз болезни.

С другой стороны, но откуда-то же вернулась к нам, как клоп из старого дивана, уникальная практика знаменитого советского двоемыслия, заключающегося в том, что рядовой россиянин обычно все прекрасно соображает насчет убогой наполняемости своего холодильника или валютной стоимости тура во Францию, где можно не только в Лувр сходить за приобщением к Монне Лизе, но и закупиться шмотками, вкусным вином, сыром и колбасой. Зато у него как будто начисто отшибает сознание, когда речь заходит о «большой» геополитике, НАТО у наших границ, кому принадлежит Керченский пролив, православной автокефалии в Украине и уникальных миротворческих качествах российской атомной бомбы. (Недавно один патриотический «эксперт» допустил, что можно бы и ответить атомной бомбой, если Россию вдруг попрут из Сирии, хотя известно, что находиться России в Сирии и самим довольно накладно, без какой-либо бомбы.) В то время как публичный, лоялистский ярус двоемыслия воспроизводит советские магические практики, что сродни вере в коммунизм и молений на Вождя, непубличный ярус подпитывается цинизмом, пессимизмом, психопатологией, но и отражает весьма трезвый взгляд на существующий порядок, вроде того, что был продемонстрирован на форуме Свободной России в Вильнюсе.

Когда премьер на голубом глазу заявляет пяти специально отобранным журналистам, что у него имеется план по уменьшению бедности в России на 200%, ни один мускул не пытается дрогнуть в лицах мастеров информационного потока. «Мели, Емеля, со своей сомнительной математикой!», – цинично размышляют они.

Когда президент поручает единороссам осуществить прорывное развитие, те тоже соглашаются с еще большим энтузиазмом: «Развитие? Прорывное? Щас сделаем!», – не уточняя ни развитие чего, ни куда прорыв. Да и какая, к черту, разница?

Вот и спрашивается: неужели это сумасшедший старец из Александровской слободы заложил нам на века вперед такую славную генетическую программу, которая предписала и далеким потомкам участвовать в любой царственной дурости. Которая велела нынешнему доктору юридических наук, профессору и сенатору Клишасу, а еще и миллионеру (хотя и непонятно, где он успел заработать свои миллионы), сочинить очередной закон о недопустимости неуважения к государству, читай – к Государю?

Или все же это идет от более простых причин – от незаконченной перестройки и недопроведенной десоветизации, из-за того, что ключевые посты в стране по-прежнему занимают многие выходцы из советских структур, – партии, комсомола, КГБ, кафедр марксизма-ленинизма?

Вопрос.

Впрочем, финальная смена поколений уже близка. Вот мы и посмотрим, чем дело обернется. Останутся ли у нас одни клишасы (вышеупомянутый Клишас 1972 г. рождения, между прочим, младше моего сына; а медаленосец, как будто он каждый день ходит в штыковую атаку) – или придут новые молодые люди со смартфонами?

Проверим гипотезу!