Клинтон, Ле Пен, Меркель: Есть ли гендерное измерение у власти?

Рената Шредер и Камила Петит

Май 13, 2017



 Возможно, Элеонор Рузвельт была права, когда сказала: «Любой женщине, вышедшей на общественную сцену, нужна такая же непробиваемая шкура, как у носорога». У Хиллари Клинтон (1947), Ангелы Мерекль (1954) и Марин Ле Пен (1968) наверняка есть такой панцирь, что и определило их особую судьбу. В политическом мире, где существует мужское доминирование, их гендерная принадлежность иногда была слабостью, иногда – силой, но никогда – ограничивающим фактором.
Этот девиз Клинтон (дев. Родэм) сделала своим. Воспитанная в Чикаго, она всю жизнь тщательно выстраивала свою карьеру. В 18 лет она приняла участие в выборной кампании республиканцев. Затем в качестве адвоката защищала права женщин и детей. У Марин Ле Пен – в чем-то похожая судьба. Выросшая в шикарном предместье Парижа Нейи-сюр-Сен, она – младшая дочь Жана-Мари Ле Пен, основателя Национального фронта (НФ). Марин начала карьеру в 18 лет, сначала как член НФ, а затем как адвокат, защищающий сторонников НФ и иммигрантов без документов.
В отличие от них, Ангела Меркель, урожденная Каснер, – прежде всего ученый. Ее путь к власти не был предопределен. Кто бы мог подумать, что дочь протестантского пастора, рожденная в Западной Германии и выросшая в бывшем ГДР, сможет стать главой партии, в которой преобладают западно-германские католики? Она вошла в политику в штормовые дни 1989 г. Падение Берлинской стены послужило катализатором ее политической карьеры, после него она присоединилась к партии Демократического возрождения, которая в 1990 г. слилась с восточно-германской ХДС.
Сегодня Клинтон, Ле Пен и Меркель – женские лица трех различных партий: американской левой, французской ультра-правой, немецкой центристско-консервативной, которые защищают подчас совершенно противоположные ценности. Но какая-то общая сила объединяет этих трех лидеров, которые с ранней юности начали заниматься политикой и никогда не переставали стремиться к самым высоким постам.

ЖАЖДА ВЛАСТИ

Возможно правдивая легенда гласит, что Клинтоны подписали бы любой секретный договор, дающий им двадцать лет на то, чтобы революционизировать партию демократов и выдвинуть Билла на пост президента США. А что насчет Хиллари? Она просто украшение витрины – «нет, спасибо!» В самом деле, будучи Первой Леди с 1993 до 2001г., она сыграла бóльшую роль – можно сказать, была близка к роли со-президента – и возглавила работу по реформе здравоохранения, которая станет одной из ее самых больших политических битв. В ноябре 2000 г. Хиллари Клинтон была избрана первой американской женщиной-сенатором от города Нью-Йорка. Провал принятия решения о реформе здравоохранения, которая была так дорога ее сердцу, дело Левински в 1998 г., а также проигрыш Бараку Обаме на выборах 2008 г. были достаточно сильными поражениями, которые могли бы остановить ее. Но верх взяла ее стойкость: Клинтон, готовившаяся стать президентом США по крайней мере с 2003 г., решила во второй раз выставить свою кандидатуру на выборах наиболее сильной политической фигуры в мире. История напомнит нам, что она на самом деле получила больше голосов, чем Дональд Трамп, в народном голосовании, хотя и проиграла выборы.
Во Франции Марин Ле Пен выиграла несколько битв, но никогда не праздновала свой триумф. Во-первых, она успешно вступила в должность главы партии, которую ранее возглавлял ее отец, и сделала ее лучше, несмотря на постоянные нападки против имени ее семьи, которое она носит с гордостью. Во-вторых, она удвоила число ее сторонников с 5,5 миллионов в 2002 до 10,6 миллионов в 2017. В-третьих, ей удалось трансформировать Национальный Фронт в главную альтернативу давно укоренившимся авторитетным партиям страны. И все же Национальный фронт не представлен ни на региональном, ни на законодательном (два места из 577) уровнях. Недавнее поражение на президентских выборах 7 мая – еще одно доказательство, что Марин Ле Пен трудно пробить !стеклянный потолок», который мешает ей занять главный пост в высшем руководстве страны.
Широко распространено мнение, что Анжела Меркель - один из наиболее влиятельных политиков в мире, если говорить о мужчинах и женщинах, являющихся главами государств. Международная пресса видит Меркель как «последнего защитника либерального Запада». После того, как в 2015 г. она с девизом «wir schaffen das» (мы сделаем это!) открыла границы Германии для беженцев, ее репутация, как защитника прав человека, выросла и в Европе, и во всем мире. Это произошло несмотря на то, что ее собственная партия и растущая часть всего населения Германии становится все более враждебной. Многие в англоговорящем мире сравнивают Меркель с бывшим премьер-министром Великобритании Маргарет Тэтчер. Ее даже называют «Железная леди» или «Железная фрау», в то время как другие прозвали ее «Mutti» (немецкая форма слова «мамочка», использовавшаяся в 50-х и 60-х). Хотя она и не является материнской фигурой, она смогла произвести на немцев и европейцев впечатление последнего «Bollwerk» (оплота) против растущего во всем мире количества популистов и трампеистов. По этой причине и после серьезных размышлений, она решила в четвертый раз участвовать в выборах, которые состоятся в сентябре 2017 г. В данный момент «эффект Меркель» выглядит скорее позитивным: после двух побед ХДС на выборах в двух немецких землях, ее партия полна оптимизма и верит, что Меркель сделает это, и в четвертый раз ведущая экономика Европы удачно выступит на выборах против бывшего президента Европейского парламента Мартина Шульца из СПГ.

ОТНОШЕНИЕ К ФЕМИНИЗМУ

На сегодня можно констатировать, что Клинтон, Меркель и Ле Пен сделали замечательные политические карьеры, которые останутся в истории. Все трое были «первыми» в своих странах. До Клинтон ни одна женщина никогда не бывала выдвинута ведущей партией в президенты, и ни одна Первая леди не претендовала на этот пост. Ангела Меркель стала первой женщиной, возглавившей политическую партию, а затем и Канцлером Германии. Марин Ле Пен не удалось стать первой женщиной Президентом Франции, но она одна из первых во Франции использовала гендер как политическую стратегию во время президентской кампании.
По контрасту с Клинтон и Меркель, Ле Пен – которая предпочитает, чтобы ее называли просто «Марин» – отложила в сторону свой брючный костюм, сменив его на короткую юбку, открывающую часть ног, на своем предвыборном плакате в последней кампании. Еще один символ: пламя было заменено голубой розой. Это часть более широкой стратегии «де-дьяволизации» с целью смягчить образ партии. Как Меркель и Клинтон, Ле Пен занимается политикой уже так долго, что избиратели и позабыли, что она женщина. Коррекция была четко внесена и в ее последний предвыборный клип, в котором она представляется так: «Я – женщина, я – мать». Она гордится тем, что она современная работающая мать, сильная, но женственная. И это – новая идея Ле Пен.
И все же улучшение ситуации с правами женщин не стоит в начале ее программы, а права женщин строго ограничены защитой женских свобод от мусульманских обычаев, например, ношение чадры. Последний пример датируется февралем 2017, когда она отказалась покрыть голову для встречи с муфтием Ливана во время официального визита в Бейрут. «Я защищаю права женщин от исламского фундаментализма. Я единственная, кто открыто говорит об этом», – заявила она по французскому радио в марте 2017. И эта стратегия работает, так как мы видим рост количества женских голосов, отданных за Национальный Фронт. Является ли такая позиция стратегией коммуникации или убеждениями? Но Ле Пен присоединилась к обеим – Клинтон и Меркель, – и оказалась в кругу женщин-лидеров, отказавшихся носить платок во время официальных встреч на Ближнем Востоке. Однако работу Марин по продвижению гендерного равенства можно назвать вялой. Ни на заседаниях французской Ассамблеи, ни в Европейском парламенте Национальный Фронт никогда не поддерживал никаких текстов, защищающих права женщин; единственное исключение – бесплатные консультации на сайтах против абортов.
В отличие от этого, Хиллари с самого начала своей карьеры следовала феминистской программе, ставя в центр гендерное равноправие и права человека, в особенности права детей. Не уклоняясь от звания феминистки, Ангела никогда не ставила слово «гендер» в свою программу. Но когда ее недавно прямо спросили, не считает ли она себя феминисткой, она долго колебалась и сказала, что ей не нравятся ярлыки. И хотя она не включала гендерное равенство в число своих приоритетов, следует сказать, что консервативная ХДС в последние годы улучшила свой имидж, выдвигая все больше женщин на важные посты на федеральном и местном уровнях и внося некоторые не революционные, но важные законопроекты об охране детства и равенстве возможностей. Одной из причин такого продвижения является женская квота, но другой – то, что Ангела Меркель поддержала нескольких женщин, выдвинув их на министерские посты. И делала она это в своей очень нейтральной и прагматичной манере, в которой нет тщеславия, но есть твердая решимость.
Каждая из этих женщин в своей собственной манере оставит свой след в мире политики, где господствующее положение занимают мужчины. Несмотря на свой пол, все трое играли по традиционным правилам политической игры: Клинтон была традиционным кандидатом в президенты, не меняющим нарратив во все еще доминантном поле борьбы за политическую власть. Меркель не занимается политикой в женском стиле, но будучи женщиной, занимающейся политикой, она пытается сочетать прагматизм и честность, выбирая лучшее для своей страны и следуя своим ценностям. Двойной дискурс Ле Пен показал, что корреляция между женщинами-политиками и улучшением положения с правами женщин далеко не очевидна. За пределами их личного успеха нет сомнений, что судьба этих женщин поможет росту возможностей следующего поколения французских, американских и немецких женщин.

___________________________

Рената Шредер (Renate Schroeder) - директор European Federation of Journalists (EFJ); работает в организации более 20 лет.
Камиль Петит (Camille Petit) – член European Federation of Journalists Director, помощник менеджера по проектам.