Фейсбук и вопросы фактов в эру пост-правды

Айдан Уайт

Март 15, 2017



International Ethical Journalist Network о современном кризисе доверия

В 2016 году медиа на собственном горьком опыте поняли, что журналистика оказалась в опасности быть погубленной безответственными политиками и революцией в области передачи информации. Оба эти фактора ускоряют распространение лжи, дезинформации и сомнительных заявлений.

По мнению многих обозревателей две главные истории – Брекзит и избрание Дональда Трампа – сигнализировали начало серьезных рисков для прессы. Во всем мире СМИ глубоко встревожены.

Свободная циркуляция злобной лжи, неэффективность проверки фактов, устойчивость популистской пропаганды, расизм, сексизм и возникновение так называемой эры пост-правды бросают вызов фундаментальным основам этичной журналистики: значимости фактов для демократии и желанию людей быть хорошо информированными, когда им предоставляется возможность принять потенциально важные решения, которые могут изменить их жизнь.

В последние месяцы 2016 года руководители СМИ и ведущие журналисты, политики и академики чесали затылки, когда их просили объяснить, что происходит и что пошло не так. Некоторые бросаются обвинять в кризисе новые технологии и, в конечном счете, приоритеты интернета и социальных медиа-гигантов, таких как Гугл, Фейсбук и Твиттер. Другие указывают на собственные провалы медиа: глубоко порочную и политизированную прессу и систему вещания, погрязшую в столичных дрязгах. Являясь частью элиты истеблишмента, медиа сами по себе не могут должным образом отражать неудовлетворенность и раздражение простых людей и сообществ.

На фоне противоречащих фактов даже перевод стрелок на найденных удобных «козлов отпущения» не может объяснить, почему в Соединенном Королевстве и в Соединенных Штатах основная часть аудитории, похоже, не озабочена обманом, нетерпимостью и бесстыдной предвзятостью своих политических лидеров.

Люди обращают мало внимания на то, что говорят ведущие медиа. Согласно данным лаборатории Нимэна из Гарвардского университета (Nieman Lab, Harvard University), в США около 360 газет призывали своих читателей голосовать за Хилари Клинтон, и только 11 поддерживали Трампа. Похоже, что общество не очень-то озабочено фактами. По мнению Даниеля Дейла, дотошного репортера из Toronto Star, Дональд Трамп делал до 20 ложных заявлений в течение одного дня в период с 15 сентября до дня выборов.

Если бы людей действительно волновало распространение лжи, они могли бы использовать интернет для быстрой проверки заявлений политиков и их разоблачения. Во время референдума в Великобритании и ожесточенной предвыборной борьбы за пост президента США в интернете появилось множество сайтов, проверяющих факты. Но даже этот расцвет вскрывающих правду механизмов не возымел большого влияния, судя по материалам детального изучения поведения СМИ в период выборов Трампа, проведенного Guardian и Columbia Journalism Review.

Ясно одно, что новостной взрыв 2016 года дал хорошую пищу для дискуссий всем тем, кто озабочен будущим демократии и журналистики. Предупредительные знаки информационного кризиса мигают уже давно. В сентябре 2016 г. норвежский издатель развернул жесткую критику Фейсбука, который цензурировал один из наиболее известных образов вьетнамской войны. Начатая кампания привела к редкому моменту глобальной солидарности возмущенных писателей, журналистов, медиа-экспертов и защитников свободы слова.

Эспен Эгил Хансен использовал первую страницу ежедневной норвежской газеты Aftenposten для публикации открытого письма Марку Цукербергу, основателю и главе Фейсбука, обвинив его компанию в злоупотреблении властью за удаление фотографии, изображающей детей, бегущих от напалмовой атаки во Вьетнаме (автор фото получил за него Пулитцеровскую премию). Уже через день Фейсбук отступил, восстановив фото и пообещав обсудить финансовый вопрос с издателями. На первый взгляд, это был единичный штурм по поводу использования отдельно взятой фотографии, но он затронул оголенные нервы журналистики во всем мире.

 

Скандал подчеркнул растущее противоречие между имперской властью интернет-компаний и той угрозой, которую они представляют для будущего новостной индустрии.

 

Этот случай также показал растущую озабоченность тем, каким образом, используя свои технологии, такие интернет-гиганты как Гугл и Фейсбук, богатеют, лишая при этом средств издателей и новостные медиа. Критики говорят, что компании стали столь сильны, так как заимствуют и используют новости, применяя скрытные воровские технологии, но у них вряд ли есть хоть малейшее представление или уважение к общественным целям журналистики.

Возможно это объясняет, почему после американских президентских выборов вопрос о фейковых новостях в интернете вызвал огненную бурю в медийных кругах. Уже за месяцы до выборов критики Дональда Трампа обвиняли Фейсбук в том, что через свои источники он позволил свободное распространение ложных новостных сообщений. Это даже привело к некоему внутреннему бунту. По информации Guardian, сотрудники Фейсбука создали неофициальную группу специалистов, чтобы в рамках широкого национального обсуждения вопроса исследовать роль своей компании в росте количества фейковых, вводящих людей в заблуждение новостных статей. Фейсбуком пользуются более 150 миллионов американцев. И неофициальная группа специалистов поставила под сомнение утверждение, сделанное Марком Цукербергом на конференции сразу же после выборов, когда он назвал «абсолютно сумасшедшей идеей» утверждение, что фейковые новости в Фейсбуке повлияли на результат выборов.

Один из сотрудников группы высказался на новостном вебсайте следующим образом: «Это не сумасшедшая идея. Сумасшествием было то, что он вышел и стал отрицать это в то время, когда и он, и все мы в компании знаем, что фейковые новости широко распространялись на нашей платформе в течение всей избирательной кампании».

И хотя идея того, что гипер-пристрастные вебсайты, распространявшие фальшивую и вводящую в заблуждение информацию, склоняли выборы в пользу Трампа, может показаться фантастической, нужно признать, что у компаний типа Фейсбука имеются инструменты, чтобы остановить распространение фейковых новостей. Если бы они были готовы инвестировать в технологии и в дополнительные кадры, чтобы как-то обуздать свои источники, можно было бы избежать новостей типа: «Агент ФБР, подозреваемый в утечках из электронной почты Хилари, найден мертвым с признаками очевидного убийства/самоубийства» или «Папа Франциск шокировал мир, порекомендовав Дональда Трампа на пост Президента».

 

Перед Фейсбуком стоит двусторонняя проблема: во-первых, он отказывается признать, что использование алгоритмов для мониторинга и редактирования материалов не может заменить предоставление этой работы людям, редактирующим и готовящим новости к публикации и, во-вторых, он отказывается признать себя издателем.

 

Скандал из-за вьетнамского фото вскрыл, что для анализа ситуации и контекста, а также нюансировки суждений о том, что будет опубликовано, все же необходимы разумные человеческие существа. В журналистике могут встречаться вполне пристойная нагота, неразрушительные образы насилия и приемлемые грубые слова. Все зависит от контекста. Редакторские решения должны приниматься людьми, которые понимают суть общественных интересов и рамки ценностей, в которых работает журналистика.

Как в свое время писал СЭЖ, эти рамки базовой этики – точность, объективность, гуманность, прозрачность и ответственность – вносят вклад в точную настройку редакторского выбора. Машины могут сделать многое, но в них нельзя ввести коды этической экспертизы.

Цукерберг считает, что его социальная сеть – это «высокотехнологичная компания» и «платформа», а не издатель. Однако многие медиа эксперты с этим абсолютно не согласны. Они говорят, что он стал «самым влиятельным издателем в мире», и имеют право на такое мнение. Он возглавляет бизнес стоимостью около $325 миллиардов – это шестая из крупнейших мировых компаний. Можно сказать, что это новостной Голиаф в мире социальных медиа. Исследования показывают, что в наши дни более 50% людей получают новости из социальных сетей, а в США, по мнению Исследовательского центра Пью (Pew Research Center), эта цифра превышает 60%.

 

Было бы правильнее, если бы Фейсбук прекратил отрицать, что он является издательством, и принял на себя ответственность поставщика новостей. Он должен признать и начать применять принципы и базовые стандарты журналистики и свободы слова, которыми в течение многих поколений руководствуются журналисты, редакторы и издатели.

 

Медиа эксперты считают, что лучше бы Фейсбуку поступить именно так, дав редакторам новостных медиа голос при принятии решений о том, как они используют платформу. Нанятая команда собственных редакторов могла бы работать с профессиональными СМИ и разрешать возникающие споры, когда они появляются.

Отсутствие прозрачности в работе Фейсбука и других социальных сетей и интернет-компаний затрудняет решение вопроса об ответственности. И только утечка документов бывших сотрудников пролила некий свет на внутренние механизмы работы в компании – что освещалось СЭЖ ранее в 2016 г.

Отсюда и возник вопрос о том, кто в компании является ответственным за обработку новостей. Сейчас совершенно ясно только то, что Фейсбук прежде всего занят созданием платформы, которая привлечет рекламодателей. И его совершенно не интересует выстраивание репутации в новостном бизнесе. Эту же проблему затронула норвежский премьер-министр Эрна Солберг, которую Фейсбук подверг цензуре за распространение фотографии жертв напалма. В своей статье в Guardian она заявила, что действия компании нельзя назвать прозрачным и ответственным поведением. Фейсбук закончил тем, что стал «менять историю и правду». Она также предупредила об угрозе демократии и свободному потоку информации. «Уже сейчас алгоритмы Фейсбука и других медийных источников сужают диапазон контента, который просматривает читатель, базируясь на своих прошлых интересах и преференциях. И это ограничивает круг видимых им статей, -- пишет она. -- Возникает риск создания параллельных сообществ, в которых люди могут даже не подозревать о реальных проблемах современного мира. Ситуация еще больше усугубляется, благодаря упущению редактирования. По мере того, как мы продвигаемся в направлении все более автоматизированного мира, это становится обязанностью, которую не следует доверять только машинам».

Единственный выход – изменения, хотя они и могут быть довольно неприятными. Как Гугл, так и Фейсбук пообещали предпринять действия, которые ограничивали бы распространение ложных новостей, но остаются и другие вопросы, важнейший среди которых -- более внимательное наблюдение за отношением этих компаний к редакторскому контенту, так как последний отражает их непревзойденную силу и влияние в распространении новостей.

Основной проблемой остается то, что фейковые, вводящие читателя в заблуждение новости могут распространяться в социальных сетях как лесной пожар из-за настроек подтверждения, «поделись с другом» и использования «лайков». Такой подход эксплуатирует человеческую психологию, которая заставляет нас легче принимать информацию, совпадающую с нашими существующими взглядами на мир. Анализ, проведенный BuzzFeed News, обнаружил, что 38% постов, которыми делились на Фейсбук три политика правого крыла, включали «фальшивую или вводящую в заблуждение информацию».

Тот же процесс поощряет и финансовая модель, используемая Фейсбуком и другими компаниями. Один пользователь Фейсбук в США стоит четырех пользователей сети за пределами страны, и крохотная доля прибыли, следующая за каждым его кликом по рекламе на мониторе, – быстро падающий рынок для американских издателей – может означать богатство для неимущих людей где-то еще. Например, по сведениям BuzzFeed News на западе Балкан несколько молодых людей обнаружили, что наилучший способ генерировать траффик своих политических статей – это использование Фейсбука с прицелом на сторонников Трампа; а наилучший способ генерировать участие в Фейсбуке – это публикация сенсационного или ложного контента.

Но для журналистов проблема заключается не в том, чтобы разбудить бегемотов интернета, и не во влиянии технологий. Они столкнулись с таким кризисом, когда традиционные форматы новостей вышли из моды, а медиа бизнес перестал получать деньги за новости.

Информационная революция предоставила людям различные способы доступа к информации, и люди стали создавать собственные фильтры информации: «нравится – не нравится». Примерно 150 лет газеты контролировали поток новостей и рынки рекламы, но цифровые технологии перевернули все. Реклама и объявления переехали в онлайн, и до сего дня не найдено убедительного решения проблемы наполнения расширяющейся бреши в бюджетах редакций.

Перед лицом кризиса СМИ провели мучительные сокращения в редакциях. Подборка новостей стала кабинетным процессом. Все меньше денег тратится на расследовательскую журналистику, сокращаются вложения в кадры: приличные должности и обучение.

 

В результате СМИ все больше и больше следуют за программами политических и корпоративных элит, а это – смерть журналистики, которая контролирует власть.

 

Возможно, это частично объясняет, почему ведущие СМИ оказались оторванными от своей аудитории. В предстоящие годы основным станет вопрос о том, как СМИ может вернуть общественное доверие к квалифицированной журналистике, и это вопрос не только для профессуры и студентов факультетов массовых коммуникаций. Информационный кризис затрагивает перспективы демократии. Миру и стабильности в стране и за рубежом угрожают рост пропаганды, языка вражды и эгоистичной политики с признаками экстремизма.

Людям по-прежнему нужна информация, базирующаяся на фактах, но они с известным скепсисом относятся к тому, как СМИ – онлайновые и офф-лайновые – публикуют свои сообщения. Во времена кризиса и неуверенности люди оборачиваются к голосам, которые отражают их собственные заботы и страхи, даже если эти голоса достаточно резкие и сеют рознь. В 2016 г. СМИ получили болезненные уроки, в частности, урок того, что они должны быть честными, справедливыми и решительными при освещении политики и никогда не терять из вида свою аудиторию.

В будущем настоящим вызовом станет возрождение общественной цели журналистики и помощь СМИ в возобновлении более эффективных контактов с гражданами. Этот экзистенциальный кризис требует, прежде всего, чтобы журналисты вернулись к своему ремеслу: описывать то, что обращено к их аудитории, -- простым людям; слушать то, что они говорят; и сообщать об этом в сегодняшнем контексте.

Необходимо найти выходы из финансового кризиса для журналистики, отражающей общественные интересы. Требуется политическая воля, чтобы инвестировать в открытый, связанный и плюралистический обмен информацией. Нужны бóльшие инвестиции в качественную информацию и действия по преодолению ненависти, расизма и нетерпимости; больше ресурсов для проведения расследовательских репортажей; бóльшая приверженность этическим ценностям в управлении и руководстве СМИ, -- и, что немаловажно, обучение уважению к другим при обмене информацией у всего населения в целом.

 

ПОЛЕЗНЫЕ СОВЕТЫ ПО РАЗОБЛАЧЕНИЮ ФЕЙКОВЫХ НОВОСТЕЙ

После американских выборов две самые крупные в мире интернет-компании решили принять крутые меры против фейковых новостей. Гугл заявил, что запретит в онлайн сайты рекламных услуг, которые распространяют подобные вещи, а Фейсбук -- что добавил фейковые новости в свою рекламную политику на сайтах, публикующих фальшивый или незаконный контент. Вместе взятые эти решения – ясный сигнал, что интернет издатели открывают глаза на опасности дезинформации в сети.
Журналисты знают, что проблема фейковых новостей не нова. Обманчивые, неподтвержденные и наполненные ошибками сообщения всегда были с нами, но эта беда только выросла на заре технологии, которая помогает сформировать новый мир приманок, вирусных сообщений и смещенных подтверждений.
Журналистам нужно следовать нескольким простым правилам, чтобы удостовериться, что они не стали жертвами скользких историй, опубликованных онлайн. Для начала вот несколько советов:
-- Пользуйтесь вебсайтами, устанавливающими подлинность фактов. Большинство уважаемых медиа уже начали скрупулезно проверять все, что приходит в их электронный почтовый ящик. Фрилансеры и небольшие медиа могут получать помощь от быстро развивающихся проверочных сообществ, работающих в сети. Используйте, например, такие сайты как factcheck.org в США или fullfact.org в Великобритании.
-- Будьте внимательны к вебсайтам со странными названиями. Странные доменные имена или сайты заканчивающиеся на «.com.co», например, часто являются фейковой версией реальных новостных источников.
-- Всегда проверяйте колонку «About Us» на вебсайте. Вас должно обеспокоить отсутствие таковой. В этом случае проверьте провайдера через Википедию.
-- Внимательно относитесь к сообщениям, которые больше нигде не фигурируют. Шокирующее, возмутительное или странное событие всегда найдется на каком-то другом источнике. Если нет, это подозрительно.
-- Вас должно насторожить отсутствие ссылки на автора или источник. Иногда это может быть оправдано, но должно быть объяснено. Если нет, не доверяйте этому сообщению.
-- Проверьте дату. Любимый трюк новостных мошенников переупаковать старую историю. Вполне возможно, что в свое время она даже была точной, но если ее использовать в другое время и в другом контексте, она может обернуться злостной ложью.
-- И, наконец, помните, что существует такое явление как сатира. Не любая подделка злобна. Она может служить цели развлечения и исходить из вполне уважаемого журналистского источника. Private Eye, ведущий британский журнал сатирических новостей, например, опубликовал замечательное, основанное на фактах, журналистское расследование рядом с забавными редакторскими пародиями, и… обнаружил себя в списке сайтов «с фейковыми новостями», который распространялся сразу же после выборов Трампа, когда началась паника по поводу дезинформации.

____________________________________

Айдан Уайт, основатель и президент Международной Сети этической журналистики
ethicaljournalismnetwork.org