Долгожданная национальная

Нейрад Клироваськин

Август 12, 2017



Похоже, в России появилась, наконец, национальная идея. Правда, говорят о ней почему-то шёпотом или на ухо. И просят не афишировать услышанное и не открывать имени информатора.

Но шила в мешке не утаишь. Для достаточно обширного круга посвящённых словосочетание «программа 70 на 70» -- отнюдь не пустой звук. Многие уже трудятся над её выполнением.

Для тех, кто ещё о ней не слышал, скажу без обиняков: это программа привлечения на президентские выборы в марте 2018 года не менее 70% избирателей, из которых хотя бы 70% должны отдать свой голос победившему кандидату. Имя кандидата авторы не уточняют -- мол, кто бы ни победил.

Не будем уточнять его и мы.

Да и не о нём пойдёт речь. Она -- исключительно о нас. О том, насколько низко пал народ, что кому-то смогла прийти в голову такая «замечательная» идея.

Её математическая составляющая предельно проста: 70% на 70% -- это 49%. Добавьте хотя бы десятые доли к каждому из показателей — получите более 50%. Иными словами, вожделенное большинство от списочного состава. Такого результата Россия ещё не знала. Пока рекордсменом страны является нынешний премьер Медведев, первый раз в жизни участвовавший в каких-либо выборах в 2008 году (даже в сельсовет ни разу прежде не баллотировался) и сразу набравший 48,99% от числа внесённых в избирательные списки, что в абсолютных величинах составило свыше 52,5 миллионов. Так много людей больше ни за кого в России никогда не голосовало. Он у нас единственный пятидесятимиллионник.

Но 48,99 -- всё-таки не 50.

Зачем нужно добиваться такого числа? Да кто ж его знает! В цивилизованных странах его воспримут как признак дикарства, а политические дикари наверняка не оценят: там результат ниже 90% просто не котируется. Иногда высказывается конспирологическая версия, будто бы после избрания большинством от всего населения может последовать некая существенная реформа избирательного права, выходящая за рамки нынешней конституции: не устраивать же через шесть лет второй дуумвират.

Однако это всё досужие домыслы. Пока есть конкретная задача. Она поставлена, и обсуждать её сейчас бессмысленно -- нужно только исполнять: мы теперь в такой стране живём. Губернаторы и мэры уже ломают над ней голову, которую можно и не сносить, если на твоей территории первые цифры окажутся меньше семёрки.

Правда, задача им существенно облегчена федеральной властью, внёсшей за последнее время две важные корректировки в правила игры.

Первую -- в дату проведения выборов. Первоначально они планировались на второе воскресенье весны, то есть на 11 марта. Но этот день оказывался четвёртым подряд выходным, начиная с любимого народного великопостного женского праздника, когда далеко не каждый смог бы добраться на своих ногах до избирательного участка. Поэтому карты срочно передёрнули, и голосовать мы пойдём после протрезвления -- неделей позже. (Вопрос только: будет ли это протрезвление полным, в том числе и политическим?)

Вторую поправку можно было бы приветствовать, поскольку она давно напрашивается и вытекает из логики самой жизни. Речь идёт о регистрации избирателей в заявительном порядке там, где им удобней голосовать, без открепления по месту постоянной регистрации. Автор, как человек, проводящий выходные за городом, давно заметил, что люди, постоянно живущие на своих дачах, на выборы обычно не ходили. Для этого надо было заранее брать в Москве открепительное удостоверение, которое к тому же давали неохотно участковые комиссии, выдвигая самые нелепые требования (от меня в последний раз добивались копии приказа о командировке). Подавляющее большинство моих соседей по дачному посёлку (а это не одна тысяча избирателей) себя этим не утруждало и своим правом участвовать в формировании государственной власти пренебрегало. Теперь, когда с атавизмом эпохи прописки покончено, им будет гораздо проще его реализовать.

Но есть и обратная сторона медали: политическим шулерам станет намного легче приписывать голоса тех, кто не голосовал по адресу, указанному в его паспорте. Как? На родине Чичикова найдутся сто способов это сделать.

Думаю, не обо мне и не о моих соседях заботились власти, когда поправляли закон. Понятно, что думали исключительно о «национальной идее», поэтому и торопились к президентским выборам.

По мнению авторитетных политологов, новшество позволит значительно повысить число проголосовавших. Но они же склоняются к мысли, что достичь семидесятипроцентного рубежа всё равно не удастся.

Пессимизм их основан на социальной апатии, постепенно охватывающей общество из-за снижения доходов, потери рабочих мест, падения покупательной способности национальной валюты. Увеличение электората по сравнению с предыдущими выборами за счёт родившихся в 1994–2000 годах едва ли улучшит явку, ибо у молодёжи этого возраста вообще нет никакой мотивации поддерживать государственные институты, не способные обеспечить её работой по интересу и специальности.

Однако самая главная причина нежелания людей голосовать кроется в беспрецедентном для России уровне коррупции. Даже если высшая власть и борется с таким позорным явлением (а у нас она делает это очень лениво), неверие простых людей в возможность на что-либо повлиять с помощью галочки в бюллетене резко увеличивается на фоне постоянных разоблачений то мэров, то губернаторов, а то и членов правительства.

И уж совсем будет несладко авторам новой «национальной идеи», если в ближайшие полгода они не подберут какого-нибудь Лебедя или Прохорова. Я имею в виду свежего и нестандартного кандидата, способного привлечь значительное число сторонников (напомню: за последнего в 2012 году проголосовали почти 6 млн. чел., а за первого в 1996 году в два раза больше). Такие претенденты основному кандидату не грозят, но способны привести к урнам многих из тех, кто в противном случае к ним просто бы не пошёл.

Но едва ли задумавшие «программу 70 на 70» озабочены сейчас поисками возмутителя спокойствия, хотя подобный человек сильно помог бы в выполнении первой её части. Видимо, боятся за вторые 70%: ведь довесок к традиционному электорату не даст их ставленнику ни одного голоса.

Вот и гадают, как бы удержать участников предыдущей кампании на уровне их старых показателей: Зюганова -- 17%, Жириновского -- 6%, Миронова -- 4%, возможных остальных -- 1% на всех. Иначе желанных семидесяти не выкроится (ещё один процент бюллетеней непременно испортят или унесут).

И едва ли они волнуются за вторые семьдесят процентов. Мы уже давно вернулись к временам, когда важно не как проголосуют, а как подсчитают. Сейчас уже почти не скрывают, что на выборах 1996 года фактически победил не Борис Ельцин, а Геннадий Зюганов. Начиналось же всё тремя годами раньше, когда подтасовали результаты референдума по конституции. Народ, с безразличием отнёсшийся к таким фальсификациям, не будет сильно возмущаться, если заведомому победителю припишут лишних 5–10%.

Так что корень зла, повторяю, в нас самих. Именно мы -- кто глупостью, а кто безволием -- провоцируем появление таких «национальных идей». Благородное возмущение откровенным шулерством при избрании Государственной Думы в 2011 году быстро погасло, не оставив даже маленькой искорки, из которой бы со временем могло возгореться долгожданное пламя. Чего же тогда удивляться, что ещё более окрепшая за последние шесть лет бюрократия снова готовит краплёную колоду.

Пока явных признаков отказа от «программы 70 на 70» не наблюдается. Правда, после скептических выступлений некоторых аналитиков говорят о ней всё тише и даже начинают отрицать её существование.

Что ж, мы не против такого поворота. И губернаторы с мэрами тоже ему обрадуются.

Однако будет лучше, если красивые числа останутся. Но наполненные другим содержанием.

Давайте предложим будущему победителю альтернативную программу. Например, такую:

-- 70% пенсионеров с наименьшими доходами -- не менее 70% средней зарплаты по региону;

-- 70% городов -- не менее 70% домов с канализацией;

-- 70% населённых пунктов -- 70% газифицированных домовладений;

-- в 70% вузов -- работу по специальности для 70% выпускников;

-- в 70% муниципальных образований -- обеспечение 70% жителей рабочими местами по месту жительства, в том числе,

-- 70% выпускников школ, остающихся дома;

-- в 70% городов новые квартиры хотя бы для 70% жителей ветхих домов.

Не сомневаюсь, что даже с этими составленными экспромтом лозунгами под условным названием «7 × 70 × 70» можно будет легче достичь высокой явки и народной поддержки, чем в результате очередного использования пресловутого административного ресурса.

________________________________

© Нейрад Клироваськин, 2017